Обычный Крупный Очень крупный
A A

Юлия Бурдо, Мария Малороссиянова: «Экоактивизм – не просто работа. Мы так живем»

28/11/2018

-

Этот разговор произошел в Ресурсном центре НКО в Вешняках 23 ноября. В черную пятницу. Вся редакция «Душевной Москвы» и мои многочисленные знакомые собирались в этот день предаться безудержному шоппингу сразу после работы. Разговоры про покупки начались еще в среду. Девушки рассказывали про любимые марки, обсуждали, где дешевле, хвастались удачными приобретениями и – было видно – мысленно смаковали предстоящее удовольствие от новых «кофточек». И вот в этот ответственный момент… мы оказались в гуще экоактивистов, собравшихся на слет Движения ЭКА. Юлия Бурдо и Мария Малороссиянова, согласившиеся поговорить с Душевной Москвой об ответственном потреблении, оказались кураторами проектов «Экодвор», «Посади лес» и «Вода России». Но главное, обе девушки – живое воплощение экологичного стиля жизни, поэтому и разговор получился живым и очень «девичьим»!

Юлия Бурдо: Я пришла в экоактивизм в 2012 году, когда познакомилась с международным Движением «Let’s do it» (Сделаем!), которое зародилось в Эстонии в 2008 году, когда 50 000 волонтеров – 5% населения – за 5 часов очистили страну от 10 000 тонн мусора. Проведенный спустя несколько лет мониторинг показал, что после такой массовой уборки загрязненность территорий снизилась на 75%! Акция так воодушевила эстонцев, которые почувствовали, что сами отвечают за чистоту своего «дома», что вскоре к ним присоединились и другие. В результате Движение «Сделаем!» стало международным. И теперь 15 сентября весь мир отмечает Международный день чистоты. В этом году в акции сделаем «Сделаем!» в этот день приняли участие 158 стран и 17 млн. человек! У нас в России – 228 тыс. человек из 67 регионов. Я несколько лет была координатором этого проекта в Москве и Подмосковье. Сначала организовывала уборки, потом координировала акцию в Москве и московской области, и вот недавно присоединилась к Движению ЭКА.

Мария Малороссиянова: Мы с Юлей курируем три проекта ЭКИ «Экодвор», «Посади лес» и «Вода России». Ну, и это не просто работа. Мы так живем…

Я, конечно, интересуюсь, кто девушки по образованию. Юля закончила Тимирязевскую академию по специальности агроном-эколог. Последние 9 лет работала в Благотворительном фонде «Джойнт». И удивительным образом вернулась в профессию благодаря волонтерской деятельности. Маша закончила истфак МГУ и училась в Московском психолого-педагогическом университете. Работала редактором и, как всякий редактор, да еще и с историческим образованием, копала глубоко. И вскоре ясно осознала масштабы экологической катастрофы, в которую себя загоняет человечество…

Юлия Бурдо: Я после III курса Тимирязевки на год уехала в США по программе Future Farmers оf America. Это был 2002 год, и в Америке уже вовсю развивалось направление разумного потребления. В районе, где я жила, например, работал кооператив органических продуктов, и все, кто хотел покупать такие продукты, становились членами кооператива. И в качестве таковых должны были два часа в месяц там отработать. Благодаря чему владельцы могли делать совсем небольшую наценку на свои товары. То есть фактически люди волонтерили на себя. В том же магазине я купила свою первую многоразовую авоську для продуктов. Она, кстати, до сих пор со мной. Живя в Америке, я привыкла разделять отходы. И когда через год вернулась в Москву, уже просто не могла складывать все в одно ведро. Помню, как с трудом нашла пункт приема макулатуры, но они мой несчастный килограмм бумаги наотрез отказались принимать – несерьезные это были для них объемы. И вот тогда я поняла, что хочу внедрить эту практику здесь, у нас.

Мария Малороссиянова: Я начинала не так давно, как Юля, всего три года назад. Мы тогда вместе с соседкой организовали совместный сбор в своем ТСЖ. И пока мы это делали, поняли, что огромную часть мусора составляют вещи, которые еще можно использовать! Сейчас в Москве люди уже привыкли к тому, что старую одежду можно отнести в Charity Shop или в H&M, но буквально три-четыре года назад такой практики еще не было. Зато все женские СМИ дружно настаивали на том, чтобы вещи, не ношенные год, покидали шкаф своей владелицы. И вот лично я очень любила выбрасывать вещи! Ну, то есть сначала я любила их покупать – особенно узкие платья и обувь на десятисантиметровом каблуке – а потом уже избавляться от них. Но когда ты организовываешь раздельный сбор, начинаешь понимать всю цепочку «перевоплощений» своих покупок. Задумываешься о том, что же дальше произойдет вот с этим конкретным платьем и обнаруживаешь, что, скорее всего, оно попадет на свалку, возможно, его сожгут, но это уже маловероятно, и совсем ничтожный шанс, что оно отправится в переработку.

С этого момента я внимательно, чисто по-женски, начинаю разглядывать своих собеседниц. Юля одета в красную трикотажную кофточку и темно-синюю джинсовую юбку, в ушах – шарики лунного камня. На Маше – ярко-розовое платье в ультрамариновый пейсли и ультрамаринового же цвета колготы. У обеих аккуратные стрижки и минимум косметики. Заметив мой взгляд, Юля улыбается…

Юлия Бурдо: Кофточке, которая на мне – десять лет. Я уже пару лет не покупаю одежду. Долгое время я работала в офисе, и нужно было следить за гардеробом. Поэтому покупала много. Но удовольствия от этого никогда не получала. Мне всегда было сложно находить в магазине «свои» вещи. Практичную, интересную, многофункциональную одежду в масс-маркете еще поискать! Но все равно одежды накопилось много. И вот в какой-то момент, я поняла, что не справляюсь с тем количеством вещей, что у меня есть. Вещи отнимают мою территорию и мое время. Ими забиты шкафы, и они постоянно требуют внимания – их нужно стирать, гладить, аккуратно складывать и развешивать, снова гладить, «выгуливать», снова стирать… Поэтому я оставила только то, что действительно люблю и реально ношу, а остальное продала на Avito, обменяла на Swop-вечеринках и Фримаркетах, что-то отнесла в Charity shop – благотворительный секонд-хенд.

Мария Малороссиянова: Только став экоактивистом, я поняла, что была эмоциональным потребителем. Покупка одежды была для меня своего рода развлечением. Но после рождения третьего ребенка – как отрезало. Потребность в шоппинге просто исчезла. Более того, меня стала напрягать сама идея, что нужно полдня провести в магазине или торговом центре. Да, материальный статус изменился. Но вот я вышла из декрета, снова работаю, и все равно потребности пройтись по магазинам не возникает.

С 2000 года производство одежды во всем мире выросло более, чем в два раза и составило 100 миллиардов единиц в год. Мы стали покупать на 60% больше одежды, чем 18 лет назад. 40% купленных вещей остаются не распакованными или надеваются лишь однажды. 80% вещей оказывается на свалке в год их покупки… Это цифры из отчета Гринпис о влиянии моды на экологию планеты. Если честно, цифры страшные. Особенно, если учесть, во что обходится производство одежды. Существуют, например, данные ООН, согласно которым к 2030 году 40% населения планеты столкнется с острой нехваткой питьевой воды. И не удивительно. Чтобы произвести 1 футболку, нужно потратить 2 720 литров воды. Одни джинсы обходятся еще дороже – в 3 400 литров. Производство 1 килограмма ткани требует использования 1 килограмма химикатов, которые потом попадают в почву… И все это из-за нашего «модного безумия». Вместо старых добрых сезонов «осень-зима» и «весна-лето» модная индустрия предлагает новинки раз в две, максимум в три недели!

Юлия Бурдо: Экологическое мышление очень дисциплинирует. Сейчас я стараюсь оставлять в гардеробе только те вещи, которые мне действительно идут, в которых удобно и из которых можно составлять максимальное количество комплектов. Мне нравится английская поговорка – less is better (чем меньше, тем лучше).

Мария Малороссиянова: В какой-то момент я, со своим экологическим сознанием, поняла – мой дом перегружен вещами, но я не могу их просто взять и выбросить. Я должна их пристроить. Продать, отдать в добрые руки, отнести на переработку. Такое пристройство – хорошая прививка от спонтанных покупок. Вещь нужно сфотографировать, разместить на Avito, потом ответить на дюжину звонков потенциальных покупателей, кому-то что-то объяснить, рассказать, показать. И так с каждой! Это отнимает и время, и силы. Поэтому теперь, прежде чем что-то покупать, сто раз подумаешь – мне это точно надо!?

Мы говорим с девушками о том, в какой культуре легче приживается экологичный подход к вещам. Да, есть английское Less is better. Но мы тут же дружно вспоминаем, что в советское время и у нас к вещам относились предельно бережно. Да, вынужденно, зато с фантазией, которая позволяла нашим мамам и бабушкам создавать настоящие шедевры, многократно перешивая, перелицовывая, украшая и трансформируя одежду. Впрочем, и русским, и англичанам дадут фору японцы. Недавно на русском языке вышел мировой бестселлер Мари Кондо «Магическая уборка. Японское искусство наведения порядка дома и в жизни». Если совсем коротко, «магия» японской уборки состоит в разумном отношении к количеству вещей. Разумное – равно минималистичное. В японской культуре не принято покупать новую чашку, пока цела старая, пусть даже до этого ей пользовалось несколько поколений. А еще автор книги советует каждый вечер благодарить вещи, которыми вы воспользовались. Вроде бы странный совет – говорить спасибо уставшим носкам или тяжело «поработавшей» в магазине сумке. Но, если задуматься, такой странный антропоморфизм возвращает предметам, которые нас окружают, их былую ценность. А ведь она немалая! Даже если на кассе вы отдали за нее лишь сотую часть своей зарплаты, это дорогая вещь, потому что в нее вложен труд сотен людей. Консюмеризм, увы, порождает обесценивание всего, что нас окружает, делает несчастными и бросает в объятия безудержного шоппинга… К этому моменту я уже готова отказаться от приобретения новой одежды во веки вечные… Но вспоминаю, что иногда так хочется новое платье! И не потому, что старое износилось, а потому что… хочется и я же «девочка».

Юлия Бурдо: Вы только не подумайте, что мы так аскетичны. Ничто женское мне не чуждо. Например, у меня в шкафу уже давно висит красное платье, я его надевала всего два раза, больше подходящего случая не было, но расстаться с ним я не готова. А вот эту юбку, что на мне, я получила на Swop-вечеринке. Когда хочется обновить гардероб, я иду на такие встречи, где девчонки собираются у кого-то дома или в кафе, пьют чай, рассказывают о каждой своей вещи и обмениваются. Тот, кто первый поднимает руку, тому предложенный «лот» и достается. Если не подходит по размеру, переходит к следующему желающему. Вещи, которые не нашли свою хозяйку, организаторы отвозят в Charity Shop.

Мария Малороссиянова: Помимо Swop-вечеринок существуют Дармарки, сэконд-хэнды. И это хороший выход для тех, кто любит шоппинг и, в то же время, думает экологично. У всех вещей, которые производятся человеком, есть свой «экослед». И если о том, какая одежда или обувь для среды более безопасна – из синтетических волокон или из натуральных, еще можно спорить, то в том, что повторное использование вещей и так называемое «предотвращение отходов» – самая актуальная задача человечества – не сомневается никто. Не нужно отказывать себе в покупках или ходить в рубище, достаточно просто максимально удлиннить срок использования одежды.

В тот вечер я все-таки «одним глазком» заглянула в Торговый центр возле дома. И, признаюсь, купила юбку. Но разговор с Юлией и Марией не выходил у меня из головы. В понедельник мы с коллегами вместо сувениров решили подарить друг другу на Новый год swop-вечеринку.

Ну, а почему бы и нет?


Беседовала Нина Попова

Фото: Юлия Потрашкова